100+ самых главных (влиятельных и значимых) фотографий в истории. Эти фото изменили мир

41. «Сельский доктор». Юджин Смит. 1948 год.

"Сельский доктор" Юджин Смит

Несмотря на то, что он был известен по военным фотографиям, Юджин Смит прославился серией фотоэссе середины века для журнала LIFE. Фотограф, родившийся в Уичито, штат Канзас, провел недели, погружаясь в жизнь своих героев, от медсестры-акушерки из Южной Каролины до жителей испанской деревни.

Его цель состояла в том, чтобы увидеть мир с точки зрения его героев,- и заставить зрителей сделать то же самое. «Я не стремлюсь овладеть образом, а скорее отдаюсь ему», — сказал он о своем подходе к съемке.

Нигде это не проявилось яснее, чем в его знаменательном фоторепортаже «Сельский доктор». Смит провел 23 дня с доктором Эрнестом Цериани в Креммлинге и его окрестностях, в штате Колорадо, следя за работой врача.

«Я жил вместе с ним четыре недели. Сначала я делал очень мало фотографий. В основном я пытался понять, в чем состоит работа доктора», – Юджин Смит. Он наблюдал, как он ухаживает за младенцами, делает уколы на задних сиденьях машин, сделал своими руками рентген, лечил человека с сердечным приступом, а затем позвонил священнику, чтобы тот провел последний обряд.

Глубоко погрузившись в задание, Смит создал необычный, глубоко интимный взгляд на жизнь замечательного человека. Он стал не только самым влиятельным фоторепортажем в истории, но и вдохновляющим шаблоном для других фотоисторий.

42. «Камелот». Хай Пескин. 1953 год.

"Камелот". Хай Пескин

Прежде чем они стали королем и королевой Америки, стране нужно было познакомиться с Джоном Фицджеральдом Кеннеди и Жаклин Ли Бувье. Это знакомство произошло, когда Хай Пескин сфотографировал красивого политика и его сияющую невесту на летних каникулах 1953 года.

Известный спортивный фотограф Пескин по приглашению патриарха семьи Джозефа Кеннеди направился в порт Хайаннис, штат Массачусетс. Джозеф, желая, чтобы его сын занялся претендовал на высшие политические посты, думал, что статья в журнале LIFE познакомит людей с Джоном, его хорошенькой девушкой и одной из самых богатых семей Америки. Так оно и вышло.

Пескин сделал несколько надуманную, как бы снятую скрытой камерой, фотоссесию под названием «Сенатор Кеннеди ухаживает». Пока Джеки возмущалась вторжением в личную жизнь, ее мать — Джоана Роуз приняла правила игры и даже учила позировать дочь. «Они просто затолкали меня в лодку на время, достаточное для того, чтобы сфотографировать», — призналась Джеки позже другу.

Это был идеальная пара для создания бренда: Кеннеди на обложке самого читаемого в мире фотожурнала в роли самоуверенного плейбоя, готового попрощаться с холостяцкой жизнью. Несколько месяцев спустя LIFE освещал свадьбу пары, и к тому времени Америка была очарована.

В эпоху солидных, но несколько зажатых президентов типа Дуайта Эйзенхауэра и Ричарда Никсона Пескин показал лидера, который изменил восприятие политики и политиков в Америке, а Джон и Джеки стали самой узнаваемой парой на планете.

Джон Кеннеди, став президентом в 1961 году, привнес молодость и энергию в Белый дом. Он и первая леди познакомили Вашингтон с уникальным чувством стиля, добавили блеска столице, которая не видела этого прежде. Время правления Кеннеди стало известно как «Эпоха Камелота» – по названию популярного бродвейского мюзикла того времени, одного из любимейших шоу президента.

43. «Троллейбус. Новый Орлеан». Роберт Франк. 1955 год.

"Троллейбус. Новый Орлеан" Роберт Франк

Неудобная правда, как правило, имеют для её глашатая последствия. Когда вышла книга Роберта Франка «Американцы», журнал «Practical Photography» написал, что работы швейцарского фотографа отмечены «бессмысленным размытием, зернистостью, мутными экспозициями, завалеными горизонтами и общей неряшливостью».

83 фото были сделаны, когда Фрэнк пересек страну за несколько поездок в середине 1950-х годов. На снимках была запечатлена страна, стоящая на пороге перемен: резко разделенную, но с активным движением за гражданские права, с архаичными и глубокими семейными и сельскими традициями, но ныряющая с головой в анонимность городской жизни.

Нигде это не показано лучше, чем в этой фотографии, где в мимолетном моменте отразилась все жестокость социального уклада послевоенной Америки.

Снимок, сделанный за несколько недель до того, как Роза Паркс отказалась уступить место в автобусе в Монтгомери, штат Алабама, был спонтаным. Фрэнк снимал уличный парад, когда увидел проезжающий троллейбус. Обернувшись, Фрэнк поднял камеру и сделал снимок незадолго до того, как транспорт исчез из поля зрения.

Изображение было использовано на обложке ранних изданий «The Americans», что вызвало критику за «антиамериканский характер» работы. Конечно, Франк, который стал гражданином США в 1963 году, через пять лет после публикации «Американцев», просто видел свою новую страну такой, какая она есть, а не такой, какой она себя представляла. Спустя полвека эта откровенность превратила серию из «The Americans» в эталон документальной и уличной фотографии.

44. «Довима со слонами, вечернее платье от Dior». Ричард Аведон. 1955 год.

"Довима со слонами, вечернее платье от Dior" Ричард Аведон

В 1955 году Ричард Аведон снимал рекламу новой коллекции Christian Dior. В качестве модели он выбрал свою любимицу Довиму и решил запечатлеть ее на фоне слонов.

Аведон хотел передать симметрию хрупкости и мощи, светлого и темного. Фотография «Довима и слоны» была сделана в цирке д’Ивер. А платья модели создал молодой и тогда еще малоизвестный дизайнер Ив Сен-Лоран, работавший ассистентом Кристиана Диора.

Когда Ричард Аведон сделал этот снимок, они оба уже были известными в своих областях. Она была одной из самых известных моделей в мире, а он — одним из самых известных модных фотографов. Поэтому логично, что Довима со слонами — одна из самых известных модных фотографий всех времен.

Но его непреходящее влияние заключается в том, что он захватывает, и в двух людях, которые его создали. Довима была одной из последних великих моделей эпохи, когда высокая мода была относительно замкнутым и элитным миром.

После 1950-х годов модели начали тяготеть к образам соседских девушек вместо недостижимой красоты старого поколения, что помогло превратить высокую моду в развлечение. Dovima With Elephants объединяет эти изменения, сочетая зрелище и силу слонов с красотой Довимы и изысканностью ее платья.

Картина также привносит движение в среду, которая ранее была неподвижна. Модели долгое время были манекенами, предназначенными для того, чтобы стоять на месте, пока все внимание привлекала одежда. Аведон понял, что не так в этом уравнении: одежда не просто выражала человека, человек тоже выражал одежду.

Выгнав моделей из студии на необычный фон, он помог стереть грань между коммерческой модной фотографией и искусством.

Таким образом, «Dovima With Elephants» фиксирует поворотный момент в культуре: последняя модель в старом стиле, отправляющая моду на новый путь.

45. «Эммет Тилль». Дэвид Джексон. 1955 год.

"Эммет Тилль" Дэвид Джексон

В августе 1955 года Эммет Тилль, темнокожий подросток из Чикаго, был в гостях у родственников в Миссисипи. Он пошел на рынок, где пересекся с Кэролайн Брайант — белой женщиной. Так и неизвестно, действительно ли Тилль флиртовал с Брайантом или свистнул ей.

Но то, что произошло четыре дня спустя, известно точно. Муж Брайант Рой и его сводный брат Дж. В. Милам похитили 14-летнего мальчика из дома его двоюродного дяди. Затем они избили Тилля и застрелили его. Потом натянули ему на шею колючую проволоку и металлический груз весом 75 фунтов и сбросили безжизненное тело в реку Таллахатчи.

В суде белые присяжные быстро оправдали мужчин, причем один из них заявил, что на это потребовалось так много времени только потому, что им пришлось сделать перерыв, чтобы выпить немного шоколада.

Когда мама Тилля Мэми пришла опознать тело сына, она сказала распорядителю похорон: «Пусть люди увидят то, что я видела». Она привезла его домой в Чикаго и настояла на похоронах в открытом гробу.

Десятки тысяч людей пришли на церемонию, пройдя мимо останков Тилля, но публикация этого обжигающего фото с похорон, где Мэми стоическим взглядом  смотрит на истерзанное тело своего убитого ребенка заставила понять степень жестокости американского расизма.

На протяжении почти столетия до этого афроамериканцев линчевали регулярно и безнаказанно. Теперь, благодаря решимости матери разоблачить варварство преступления, публика больше не могла притворяться, что игнорирует проблему только из-за того что не видела её.

46. «Корона из молочной капли». Гарольд Эджертон. 1957 год.

"Корона из молочной капли" Гарольд Эджертон

Иногда секунда не имеет смысла вообще, а иногда обладает огромным значением. Этот кадр демонстрирует новые возможности фотографии, а именно – поймать момент, запечатлеть секунду.

До того, как Гарольд Эджертон установил капельницу для молока рядом с таймером и камерой собственного изобретения, было практически невозможно сделать хороший снимок в темноте без громоздкого оборудования. Точно так же бесполезно было пытаться сфотографировать мимолетный момент.

Но в 1950-х годах в своей лаборатории в Массачусетском технологическом институте Эджертон завершил работу над процессом, который изменил будущее фотографии. На пути к открытию Эджертон проявил недюжинное упорство: первый снимок разбивающейся о стол капли он сделал еще в 1930-х, а в 1937 году Нью-Йоркский музей современного искусства провел выставку его фотоэкспериментов.

В 50-х профессор электротехники объединил высокотехнологичные стробоскопы с механизмом затвора камеры, чтобы зафиксировать моменты, невидимые невооруженным глазом.

Его революционная покадровая фотография «Капля молока» фиксирует удар капли молока о стол — венец из жидкости, различимый всего на миллисекунду. Картина доказала, что фотография может продвинуть человеческое понимание физического мира.

47. «Героический партизан». Альберто Корда. 1960 год.

"Героический партизан" Альберто Корда

Снимок, сделанный репортером Альберто Корда (Alberto Korda) на митинге в 1960-м году, на котором между пальмой и чьим-то носом видно еще и Че Гевару, претендует на звание самого растиражированного за всю историю фотографии.

За день до того, как Альберо Корда сделал свою культовую фотографию, в гавани Гаваны взорвался корабль, в результате чего погибли команда и десятки докеров. Освещая похороны от газеты Revolución, Корда сосредоточился на Фиделе Кастро, который в пламенной речи обвинил США в том, что это они устроили взрыв.

Два кадра молодого сподвижника Кастро — Че, которые снял Корда, были нечеткими и неряшливыми, и они не были опубликованы в газете. Но после того, как почти семь лет спустя был убит Гевара, который возглавил партизанское движение в Боливии, кубинский режим возвел его в ранг мученика, и изображение Корды революционера в берете вскоре стало его самым узнаваемым символом. Вскоре Guerrillero Heroico был признан художниками, общественными деятелями и рекламными агентами по всему миру и его принт появился на всем: от искусства протеста до нижнего белья и безалкогольных напитков.

***

Этого нет в тексте Time: Знаменитый во всём мире двухцветный портрет Че Гевары был создан ирландским художником Джимом Фицпатриком с фотографии Корды. На берете Че видна звёздочка Хосе Марти, отличительный признак команданте (майора, выше звания в революционной армии не было), полученная от Фиделя Кастро в июле 1957 года вместе с этим званием.

100+ самых главных (влиятельных и значимых) фотографий в истории. Эти фото изменили мир

Фицпатрик прикрепил фотографию Корды к оконному стеклу и перевел контуры изображения на бумагу. С получившегося «негатива» при помощи специального копировального аппарата и черной краски он напечатал постер на красной бумаге и затем раздал бесплатно почти все экземпляры своей работы, которая вскоре стала также знаменита, как и ее черно-белый оригинал.

48. «Case Study House No. 22, Лос-Анджелес». Джулиус Шульман. 1960 год.

"Case Study House No. 22, Лос-Анджелес" Джулиус Шульман

Stahl House (он же Case Study House No. 22) — это дом супругов Шталь в модернистском стиле, спроектированный архитектором Пьером Кенигом в районе Голливудских холмов в Лос-Анджелесе , штат Калифорния, который часто встречается в американских фильмах.

Его строительство началось в мае 1959 и завершилось год спустя, 9 мая. Но уже в апреле 1959 года будущий дом включили в программу Case Study House под номером 22. Эта программа была придумана авторами журнала Arts & Architecture, и ее целью было внедрение модернистских принципов в жилую архитектуру.

И вот тут начинается самое интересное. Как ни странно, но вначале общественность восприняла постройку спокойно, во всяком случае, особого интереса она ни у кого не вызвала. Так проложалось до тех пор, пока в дом не пришел фотограф Джулиус Шульман и не сделал «тот самый кадр». Это была ночная съемка, две женщины сидели в гостиной с видом на огни Лос-Анджелеса.

Буквально на следующее утро Шталь проснулся знаменитым.

Шульман сфотографировал большинство домов в проекте Case Study House, помогая демистифицировать модернизм, подчеркивая его изящную простоту и очеловечивая его угловатые края. В «Case Study House No. 22», чтобы показать сущность этого плывущего в воздухе консольного здания, Шульман поместил двух очаровательных женщин в коктейльных платьях в дом, где они, кажется, парят над мифическим мерцающим городом.

Фотография, которую он назвал «одним из моих шедевров», является самым успешным снимком недвижимости в истории. Сейчас совершенно ясно, в чем проявился гений Шульмана. Он подошел к архитектурной фотографии по-голливудски, снимая не объект, а мечту. Кадр облетел весь мир, а Stahl House превратился в объект паломничества, идеальную площадку для съемок моды, рекламы и ряда кинофильмов.

«Это было время, когда мы строили ракеты, чтобы полететь на Луну, и планировали колонизировать Марс, снимок прекрасно отображает дух того времени», – Том Форд, дизайнер.

49. «Прыжок на свободу». Петер Ляйбинг. 1961 год.

"Прыжок в свободу". Петер Ляйбинг

После Второй мировой войны союзники разделили Берлин на четыре зоны оккупации. Три из них принадлежали западный странам, а одна — СССР. С 1949 по 1961 год около 2,5 миллионов восточных немцев бежали из советской части на западные в поисках свободы.

Чтобы остановить этот поток, лидер Восточной Германии Вальтер Ульбрихт в начале августа 1961 года построил заграждение из колючей проволоки и шлакоблоков. В августе 1961 года началась строительство печально знаменитой Берлинской стены.

На третий день начала строительства стены фотографу Associated Press Петеру Лайбингу сообщили, что может случиться побег. Он и другие фоторепортёры собрались и смотрели, как толпа жителей Западного Берлина подбадривала 19-летнего пограничника Ганса Конрада Шумана, крича ему: «Давай сюда!».

Этим солдатом был 19-летний пограничник Ганс Конрад Шуман. Он вдруг сказал, что не хочет «жить в заперти» и внезапно побежал к загрождению из колючей проволки и перепрыгнул в Зарпадный Берлин.

Распространенная агентством AP, фотография Лейбинга появилась на первых полосах газет по всему миру. Это сделало Шумана, первого известного сбежавшего солдата из Восточной Германии, символом и примером для тех, кто стремится к свободе.

Любопытно сложилась его судьба. После побега он поселился в Баварии, женился. Работал сначала на винодельне, а потом 30 лет на заводе «Ауди». Он тяжело переживал все случившееся, его тяготила обрушившаяся на него известность. После падения Берлинской стены в 1989 году он сказал, что только сейчас он стал по настоящему свободным.

Он так и не решился побывать в бывшей ГДР, не навестил родителей и братьев, сестер. Шумана мучила депрессия и 20 июня 1998 года его нашла жена повесившимся в своем саду.

***

Этого нет в тексте Time:

100+ самых главных (влиятельных и значимых) фотографий в истории. Эти фото изменили мир

В Берлине, в том же месте улицы Бернауэрштрассе, где раньше была Стена, стоит скульптура «Mauerspringer» (Прыгающий через стену) работы Флориана и Микаэля Брауэров и Эдварда Андерса.

50. «Канун Рождества (Happy Club)». Малик Сидибе. 1963 год.

50. "Канун Рождества (Happy Club)" Малик Сидибе

Жизнь малийского фотографа Малика Сидибе следовала траектории его нации. Он начал пасти коз семьи, затем обучился изготовлению ювелирных изделий, живописи и фотографии. Когда французское колониальное правление закончилось в 1960 году, он уловил и отобразил перемены, изменившие его нацию. Его прозвали Глаз Бамако, и он сделал тысячи фотографий, которые стали хроникой эйфориии времени, охватившего столицу Мали, документом мгновения. Например, как в канун Рождества 1963 года ,когда Сидибе наткнулся на молодую пару в клубе, потерявшуюся в глазах друг друга.

То, что Сидибе назвал своим «талантом наблюдать», позволило ему запечатлеть их застенсивую близость, украшавшую пустой танцпол. «Мы вступали в новую эру, и люди хотели танцевать», — сказал Сидибе. «Музыка освободила нас. Внезапно молодые люди смогли общаться с девушками, прикоснуться к ним. Раньше этого не разрешалось. И все хотели запечатлеть этот танец на близком расстоянии».

51. «Бирмингем, Алабама». Чарльз Мур. 1963 год.

"Бирмингем, Алабама" Чарльз Мур.

Иногда самое эффектное зеркало — фотография. Летом 1963 года Бирмингем кипел — чернокожие жители и их союзники по движению за гражданские права сталкивались с белой властью, готовой на все чтобы сохранить сегрегацию (принудительное разделение людей на расовые, этнические или другие группы в повседневной жизни).

Чарльз Мур, фотограф изданий Montgomery Advertiser и Life, был коренным жителем Алабамы и сыном баптистского проповедника. Он был потрясен насилием, совершаемым над афроамериканцами во имя «закона и порядка». Хотя он сфотографировал множество других важных моментов борьбы за права чернокожих в Алабаме, именно изображение полицейской собаки Муры, вцепивщейся в штаны протестующего, запечатлело рутинную, даже случайную, жестокость сегрегации.

Когда картина была опубликована в Life, остальному миру быстро стало очевидно то, что Мур давно знал: конец — это не разрушение культуры, а восстановление человечности. Всегда сомневающиеся политики вскоре все же взялись за дело и почти год спустя приняли Закон о гражданских правах 1964 года.

52. «Самосожжение буддистского монаха». Малкольм Браун. 1963 год.

"Самосожжение буддистского монаха" Малкольм Браун

Тич Куанг Дык чиркнул спичкой и превратился в живой факел. В отличие от плачущей толпы, видящей как он горит, он не произнес ни звука и не пошевелился. До своего поступка он написал Нго Динь Зьеме — тогдашнему главе вьетнамского правительства письмо с просьбой прекратить репрессии в отношении буддистов, прекратить аресты монахов и предоставить им право исповедовать и распространять свою религию, но не получил никакого ответа.

Причиной, побудившей монаха пойти на отчаянный шаг, стала политика, которую проводило правительство Южного Вьетнама в конце 1950-начале 1960-х годов. В то время более 70 процентов населения страны (по некоторым данным 90%) исповедовали буддизм. Тогдашний президент проводил политику притеснения буддистов и продвижения католицизма в стране.

В июне 1963 года большинство американцев не могли найти Вьетнам на карте. Но после того, как фотограф Associated Press Малкольм Браун сделал снимок Тич Куанг Дыка, приносящего себя в жертву на улице Сайгона, нельзя было забыть об этой раздираемой войной стране в Юго-Восточной Азии.

10 июня 1963 года работавшие в стране американские корреспонденты получили сообщение о том, что завтра напротив камбоджийского посольства произойдёт «нечто важное». Оказавшись на месте Малкольм Браун увидел, как два монаха облили сидящего пожилого мужчину бензином. «В тот момент я понял, что именно происходит, и начал делать снимки с интервалом в несколько секунд», — написал он вскоре после этого. Его получившая Пулитцеровскую премию фотография безмятежного монаха, сидящего в стиле лотоса, охваченного пламенем, стала первым культовым изображением, появившимся из страны, которая скоро затянет в трясину всю Америку.

Комментируя одну из фотографий самосожжения, президент США Джон Кеннеди сказал: «Никогда газетная фотография не вызывала столь сильного волнения по всему миру». Работа Малькольма Брауна была удостоена Пулитцеровской премии.

Не прошло и полгода как режим Зьемы пал, а он вместе с супругой был арестован и казнён.

***

Этого нет в тексте Time: Журналист газеты The New York Times Дэвид Халберстем, который присутствовал тогда на площади, рассказывал о происходящем так: «Это было зрелище, увидеть которое во второй раз не захочет никто. Человек был весь в пламени, его тело сморщивалось, превращалось в пепел. Со стороны казалось, что все происходит как в замедленной съемке, но на самом деле человек сгорал очень быстро. Смрадный запах горящей плоти, стоны и рыдания стоящих рядом вьетнамцев… Я не мог задавать вопросы, не мог записывать, не мог плакать, не мог думать. Я был в шоковом состоянии. Казалось, что единственным человеком на той площади с самообладанием был тот горевший монах, ни разу не пошевелившийся и не издавший ни звука».

Президент США Джон Кеннеди, чьё правительство выступало главным спонсором Нго Динь Зьема, узнал о самосожжении из утренних газет, во время разговора с братом Робертом, занимавшим должность Генерального прокурора. Кеннеди обсуждали одну из внутренних проблем, когда Джон, по некоторым данным, прервал разговор, воскликнув «Иисус Христос!».

Позже глава государства отметил, что «никогда газетная фотография не вызывала столь сильного волнения по всему миру». Американский сенатор от демократов и член сенатской комиссии по международным отношениям Фрэнк Чёрч говорил, что «подобных ужасных сцен люди не наблюдали с тех пор, когда христианские мученики рука об руку шествовали по Римским аренам».

В Европе фотографии горящего Тхить Куанг Дыка продавались в качестве открыток, а в КНР по инициативе властей были напечатаны миллионы копий, которые затем распространялись по странам Азии и Африки как свидетельство «американского империализма».

53. «Убийство Кеннеди. Кадр 313». Абрахам Запрудер. 1963 год.

"Убийство Кеннеди. Кадр 313" Абрахам Запрудер

Это самая известная любительская киносъемка за всю историю — 26-секундный ролик, запечатлевший убийство президента США. Фильм также известен тем, что многие считают, что он раскрывает неизвестные подробности убийства Кеннеди, и само его существование способствовало возникновению бесчисленных теорий заговора об этом дне в Далласе.

Спорнвх теорий было много, но никто не станет спорить об одном: показанное является абсолютно душераздирающим. Ведь здесь запечатлены последние моменты жизни юного и харизматичного Джона Фицджеральда Кеннеди, когда он ехал со своей женой Джеки через Дили Плаза.

Кинолюбитель Абрахам Запрудер (выходец из Ковеля, Волынской губернии России) утром 22 ноября 1963 года отправился со своей камерой Bell & Howell, чтобы запечатлеть прибытие своего кумира. И как раз когда Запрудер снимал на кинокамеру, одна пуля попала Кеннеди в спину, а когда машина с Кеннеди проезжала перед Запрудером, вторая пуля попала в голову президента США.

Корреспондент журнала LIFE Ричард Столли купил этот фильм на следующий день, и в журнале был опубликован 31 кадр из 486.  Видимо это первый кинофильм в истории в начале ставший достоянием публики в виде серии отдельных кадров.

В то время LIFE не показала ужасный кадр № 313, и именно он приобрел популярность из-за секретности. Это именно тот кадр, где пуля разрывает голову Кеннеди. И он до сих пор вызывает шок, как напоминание о внезапности смерти.

Это именно то, что тревожит Америку — мрачный сон, обитающий в глубине коллективной психики нации. Образ из 26,5-секундного фильма, мучительное воздействие которого напоминает, как все может измениться в нашей жизни и истории страны за долю секунды.

54. «Бой подушками». Гарри Бенсон. 1964 год.

"Бой подушками" Гарри Бенсон

Фотограф Гарри Бенсон не хотел встречаться с The Beatles. Он планировал отправится для фоторепортажа в Африку, однако планы нарушили мальчики из Ливерпуля. «Я всегда хотел быть серьезным журналистом, а не писать историю рок-н-ролла», –вспоминал позже фотограф.

Но вечером 16 января 1964 года Бенсон сделал один из самых знаменитых снимков «ливерпульской четверки». Участников группы The Beatles он запечатлел за боем на подушках в номере парижского отеля Hotel George V.

«Бой» на подушках, попавший на пленку, начался спонтанно. Это была реакция музыкантов на известие о том, что их сингл «I Want to Hold Your Hand» занял первое место в американских поп-чартах.

Этот момент чистой радости, счастья и оптимизма и состоит из ингридиентов феномена под названием «битломания», которая помогла поднять настроение Америки всего через 11 недель после убийства Джона Ф. Кеннеди.

В следующем месяце Бенсон сопровождал «Великолепную четверку», когда они вылетели в Нью-Йорк, чтобы появиться на телешоу Эда Салливана, положив начало так назваемому «британскому вторжению» в США. Поездка привела к десятилетиям сотрудничества с группой, и, как позже вспоминал Бенсон, «я был так близок к тому, чтобы не оказаться там».

55. «Мухаммед Али против Сонни Листона». Нил Лейфер. 1965 год.

"Мухаммед Али против Сонни Листона" Нил Лейфер

Многие отличные фотографии получаются, когда их автор оказывается в нужном месте в нужный момент. Именно так было со спортивным фотографом Нилом Лейфером, когда он сделал, пожалуй, величайшую спортивную фотографию века. «Очевидно, я был на правильном месте, но главное, я не промахнулся», — сказал он позже.

Лейфер занял это место у ринга в Льюистоне, штат Мэн, 25 мая 1965 года, когда 23-летний чемпион по боксу в супертяжелом весе Мухаммед Али сразился с 34-летним Сонни Листоном — человеком, у которого он вырвал титул в предыдущем году. Через одну минуту и ​​44 секунды первого раунда, правый кулак Али попал в подбородок Листона, и тот упал.

Лейфер сфотографировал чемпиона, возвышающегося над побежденным противником и насмехающегося над ним: «Вставай и сражайся, сосунок!». Мощный верхний свет и густые клубы сигарного дыма превратили ринг в идеальную фотостудию, и Лейфер в полной мере воспользовался этим.

Его идеальный снимок запечатлел Али, излучающего силу и дерзость — качества, которые сделали его самым любимым и ненавидимым спортсменом в стране в то время.

56. «Зародыш, 18 недель». Леннарт Нильсон. 1965 год.

"Зародыш, 18 недель" Леннарт Нильсон

Когда в 1965 году журнал LIFE опубликовал фотоэссе шведского фотографа и учёного Леннарта Нильссона «Драма жизни до рождения», номер стал настолько популярен, что его раскупили за считанные дни. И не зря. Изображения Нильссона впервые публично показали, как выглядит развивающийся плод, и заодно заотсрили вечную проблему в споре сторонников и проитвников абортов — когда начинается жизнь.

В сопроводительном тексте к фото в журнале LIFE сообщалось, что все, кроме одного из плодов, были сфотографированы при внематочной беременности или абортированы «по ряду медицинских причин».

Нильссон договорился с больницей в Стокгольме, врачи которой звонили ему всякий раз, когда можно было сфотографировать плод. Там, в специальной комнате с лампами и объективами, специально сделанными для этого проекта, Нильссон распологал зародыши так, чтобы они выглядели будто бы парящими в утробе матери.

За годы, прошедшие после публикации фотоэссе Нильссона, изображения широко использовались без его согласия. Противники абортов, в частности, сделали из них агитплакаты для продвижения своего дела. (Нильссон никогда не высказывался публично по поводу абортов). Тем не менее, спустя десятилетия после своего первого появления, изображения Нильссона сохраняют беспрецедентно ясный и подробный взгляд на человеческую жизнь на ее самых ранних этапах.

***

Этого нет в тексте Time: На создание этой серии фото у Леннарта Нильссона ушло более 10 лет. Как вспоминал Джордж Хант, главный редактор Life: “10 лет назад шведский фотограф Леннарт Нильсон сказал нам, что собирается заснять в цвете этапы развития человека — от зачатия до родов. Мы не могли не выразить некоторого скептицизма на счет того, как ему это удастся, но Нильсон просто сказал: “Когда я закончу эту историю, то принесу ее вам”. И Леннарт сдержал обещание.

В интервью, опубликованном PBS, Нильссон объяснил, как он получил фотографии живых плодов во время медицинских процедур, включая лапароскопию и амниоцентез, и рассказал, как он смог осветить внутреннюю часть матки матери. Описывая съемку, которая произошла во время хирургической процедуры в Гетеборге, он говорил: «Плод двигался, не сильно сосал большой палец, но он двигался, и вы могли видеть все — сердцебиение и пуповину и так далее. Это было очень красиво, очень красиво!».

Фотограф также признал получение эмбрионов человека из женских клиник в Швеции. Кембриджский университет утверждает, что» Нильссон фактически фотографировал результат абортов. Работа с мертвыми эмбрионами позволила Нильссону экспериментировать с освещением, фоном и позициями, например, поместить большой палец в рот плода. Сам Нильссон предложил дополнительные объяснения источникам своих фотографий в других интервью, заявив, что он иногда использовал эмбрионы которые были выкинуты из-за внематочной или эктопической беременности.

Некоторые из фотографий Нильссона отправились в космос на космических аппаратах “Вояджер-1” и “Вояджер-2”, как часть послания внеземным цивилизациям.

Умер Леннарт Нильсон в 2017 году (через два года после публикации этого списка в Time), в возрасте 94 лет.

57. «Председатель Мао плавает в реке Янцзы», автор неизвестен, 1966 год.

"Председатель Мао плавает в реке Янцзы"

16 июля 1966 года, в возрасте 72 лет, председатель Мао Цзэдун переплыл великую китайскую реку Янцзы возле города Ухань. Плавание, по сообщениям китайских СМИ, заняло 1 час 5 минут. Ширина реки в этом месте — около 1700 метров (если судить по длине расположенного неподалеку моста). Янцзы — быстрая река, и считается весьма рискованной для плавания, с сильными течениями, водоворотами.

После десятилетий руководства Коммунистической партией Китая, а затем и своей страной, Мао Цзэдун начал беспокоиться о том, как его запомнят. Престарелый председатель также опасался, что его наследие будет подорвано контрреволюцией. Итак, в июле 1966 года, стремясь закрепить свою власть, Мао искупался в реке Янцзы, чтобы показать миру, что он по-прежнему полон сил.

Это был пропагандистский переворот. Фотография этого заплыва, одна из немногих широко распространенных фотографий вождя, сделала именно то, на что Мао надеялся. Вернувшись в Пекин, Мао начал свою Великую пролетарскую культурную революцию, сплотив массы для чистки партии и страны от своих (даже выдуманных) противников.

Мао завербовал молодых людей и разрешил им, и даже наставивал, чтобы эти бешеные красныегвардейцы «осмелись прибегнуть к насилию». Безумие быстро обрушилось на 750 миллионую страну полчища хунвейбинов, сжимавших в руках «Цитатники Мао». Они громили исторические здания и реликвии, храмы и предполагаемых предателей. Когда десятилетие спустя Культурная революция окончательно сошла на нет, выяснилось что она погубила более миллиона человек.

***

Этого нет в тексте Time: «Культурная революция» привела не только к широкомасштабным репрессиям против партийной оппозиции, но и к гонениям на интеллигенцию, разгрому КПК, общественных организаций (КСМК, профсоюзов, пионерской организации и т. д.), нанесла колоссальный урон культуре и образованию, отразилась на внешней политике. Большинство источников говорят о 100 миллионах пострадавших. Впервые это число появилось в газете «Жэньминь жибао» 26 октября 1979 года. Ж.-Л. Марголен пишет, что погибших был миллион человек.

Хунвэйбины уничтожили значительную часть культурного наследия китайского и других народов КНР. Например, были уничтожены тысячи древнекитайских исторических памятников, книг, картин, храмов и т. д. Были уничтожены почти все монастыри и храмы в Тибете, сохранившиеся к началу «культурной революции».

За полтора года до заплыва лидера китайской КПК пленум ЦК КПСС в Москве отправил на пенсию 70-летнего Никиту Сергеевича Хрущёва «в связи с преклонным возрастом и состоянием здоровья». А Мао было уже 72 года. В спину ему жарко дышали соперники — глава китайского государства председатель КНР Лю Шаоци и его близкий соратник Дэн Сяопин. И вот Мао решил заплывом показать всему Китаю и миру свою прекрасную физическую форму. После чего речь о его «состоянии здоровья» выглядела бы уже довольно нелогично.

Мао и раньше переплывал Янцзы в районе города Ухань. Впервые он это сделал 31 мая 1956 года. Всего с 1956 по 1966 год Мао пересекал Янцзы 42 раза, 17 из которых состялись в районе Ухани.

И вот в июле 1966 года здесь состоялся его последний заплыв… Вот что сообщило о заплыве Мао информационное агентство Синьхуа: «16 июля 1966 года великий вождь китайского народа председатель Мао Цзэдун снова с попутным ветром, разбивая волны, плавал в реке Янцзы. За час пять минут он проплыл около пятнадцати километров… Радостная весть… быстро облетела весь город Ухань.

Радовался весь город, весть передавалась из уст в уста. В народе говорили: „Здоровье нашего любимого вождя председателя Мао Цзэдуна такое крепкое. Это величайшее счастье всего китайского народа. Это величайшее счастье революционных народов всего мира!»… Председатель Мао Цзэдун спустился в воду и поплыл. Было ровно одиннадцать часов утра. Летом течение в Янцзы быстрое. Председатель Мао Цзэдун плавал то одним, то другим стилем. Он то плавал на боку, то лежал на спине… Когда стрелка часов показала, что прошёл час и пять минут… председатель Мао Цзэдун поднялся на борт, он был бодрым, не заметно было и тени усталости».

Если верить сообщению официального информационного агенства Китая, Мао плыл со скоростью почти 14,5 км\ч. Для сравнения: III взрослый разряд (реальная скорость пловцов-любителей значительно ниже) согласно нормативам:

кроль (вольного стиля) – норматив: 2 минуты 42,5 секунды на 200 метров, скорость = 4,43 км в час;
брасс – норматив: 3 минуты 22,5 секунды на 200 метров, скорость = 3,55 км в час;
баттерфляй – норматив: 3 минуты 01 секунда на 200 метров, скорость = 3,97 км в час;
на спине – норматив: 3 минуты ровно на 200 метров, скорость: 4 км в час.

То есть 72-летний Мао пронеся по Янцзы, если верить его пропагандистам, со скоростью примерно в 3,7 раза превышающим достижения олимпийских чемпионов в 10-х годах 21 века.

В Ухане есть Музей плавания председателя Мао Цзэдуна. Он расположен на берегу Янцзы. Здание располагается в парке на набережной Цзянтань, напротив колонны с профилем Мао и его стихотворением «Плавание», которое он посвятил этой теме.

В ноябре 2019 года город Ухань стал местом, где был зафиксирован первый случай в мире заражения коронавирусом COVID-19. Теперь этот город известен как родина ковида.

58. «Расстрел в Сайгоне». Эдди Адамс. 1968 год.

"Расстрел в Сайгоне" Эдди Адамс

Специалисты по баллистике утверждают, что это фото показывает именно ту микросекунду, когда пуля входит в череп.

Несмотря на очевидность изображения, на самом деле фотография не так однозначна, как показалось тогда простым американцам, преисполнившихся сочувствием к казненному. Дело в том, что человек в наручниках — капитан вьетконговских «воинов мести», и в этот день им и его подручными было расстрелянно множество мирных жителей.

Фотограф Associated Press Эдди Адамс был на улицах Сайгона 1 февраля 1968 года, через два дня после того, как силы Народной армии Вьетнама и Вьетконга начали наступление в Тет (вьетнамский Новый год по лунно-солнечному календарю) и вошли в десятки городов Южного Вьетнама.

В Сайгоне шли тяжелые уличные бои, кругом царили хаос и паника — в этот момент южновьетнамские солдаты схватили командира вьетконговского отряда Нгуен Ван Лема возле тел убитых жителей, которых было более трех десятков.

Когда Адамс фотографировал беспорядки в столице Южного Вьетнама, он как раз наткнулся на бригадного генерала Нгуен Нгок Лоана, начальника национальной полиции, стоящего рядом с пойманным Нгуен Ван Лемом, который только что убил семью сослуживца генерала: жену и шестерых детей. Адамсу первоначально показалось, что он видит допрос пленного.

Но пока он смотрел в видоискатель, Лоан спокойно поднял свой пистолет 38-го калибра и выстрелил Лему в голову. После выстрела генерал оправдал внезапность своих действий словами: «Если вы сомневаетесь, если вы не исполнили свой долг, люди не пойдут за вами в бой».

Новогоднее наступление Северного Вьетнама продолжалось до марта. И хотя с военной точки зрения американские войска были способны отбиться от коммунистов, сообщения прессы об анархии убедили американцев в том, что в войне невозможно выиграть.

Застывший момент смерти Лема символизировал для многих в США жестокость войны во Вьетнаме, а широко разошедшееся фото помогло придать новый импульс растущим в Америке ощущениям тщетности борьбы.

Что еще более важно, фотография Адамса открыла более интимный уровень военной фотожурналистики. За это изображение он получил Пулитцеровскую премию, и, как он сказал три десятилетия спустя о масштабах своей работы: «Фотографии — самое мощное оружие в мире».

***

Этого нет в тексте Time: Для автора фото — Эдди Адамса ни Пулитцеровская премия, ни поздравления от коллег — лауреатов Пулитцера и от президента Ричарда Никсона, ни письма от школьников со всей Америки не могли заглушить щемящее чувство вины и тоски.

«Я получал деньги за то, что показал, как один человек убивает другого, — сказал Адамс на церемонии награждения. — Две жизни разрушены, а заплатили мне. Герой — я».

Адамс и убийца сос нимка — Лоан продолжали общаться и даже подружились после окончания войны, когда генерал бежал из Вьетнама в США,

По прибытии Нгуена Нгока Лоана в США миграционная служба хотела его депортировать — именно под влиянием знаменитой фотографии. Они связались с Эдди Адамсом и попросили его дать показания против Лоана. Фотограф согласился приехать, но показания дал не против, а в пользу генерала. Он даже выступил по телевидению и рассказал, при каких обстоятельствах было сделано фото.

В конце концов конгресс отменил решение о депортации, и Лоану разрешили остаться в США: он открыл в пригороде Вашингтона ресторан, где подают гамбургеры, пиццу и вьетнамские национальные блюда.

Несколько лет спустя газета Washington Post написала о новой жизни генерала и опубликовала снимок постаревшего Лоана за стойкой ресторана: он улыбался и выглядел довольным.

Но прошлое настигло его: когда публика узнала в нем «сайгонского палача», бизнес пошел на спад, Лоану пришлось уйти на пенсию. Адамс вспоминает, что когда в последний раз заезжал в его ресторан, то в туалете на стене увидел оскорбительные надписи в адрес владельца.

Свою вьетнамскую фотографию Адамс вспоминал недобрым словом. Когда Нгуен Нгок Лоан умер в 1998 году от рака, Адамс написал: «На том снимке — смерть двоих человек. Генерал убил бойца Вьетконга; я убил генерала своим фотоаппаратом».

Сам фотограф скончался шесть лет спустя.

59. «Вторжение в Прагу». Йозеф Куделка. 1968 год.

"Вторжение в Прагу" Йозеф Куделка

«Своим воспоминаниям вы можете не доверять, но вы можете доверять своим фотографиям», – Йозеф Куделка.

Советский Союз был недоволен «социализмом с человеческим лицом», который правительство Александра Дубчека пыталось построить в Чехословакии. Опасаясь того, что реформы Дубчека в области прав человека приведут к восстанию против власти коммунистов, подобно восстанию в Венгрии в 1956 году, силы Варшавского договора решили подавить это движение. Танки (в основном советские, а также Польши, Венгрии, ГДР и Болгарии) вошли в Чехословакию 20 августа 1968 года.

И хотя они быстро захватили Прагу, они неожиданно натолкнулись на массы людей, размахивающих флагами, строивших баррикады, забрасывающих танки камнями, переворачивающих грузовики и даже убиравших с улиц дорожные указатели, чтобы сбить с толку военных. Йозеф Куделка, молодой инженер моравского происхождения, до этого снимавший задумчивые и мрачные фотографии чешской жизни, как раз был в столице, когда в Прагу вошли солдаты.

Он сделал снимки бурных событиях тех дней, создав новаторский отчет о вторжении, которое изменило историю его нации. Самая оригинальная работа из этой серии снимков — это рука мужчины на переднем плане, показывающая на наручных часах момент советского вторжения на фоне пустынной улицы. Фото прекрасно воплощает в себе время, потерю и пустоту — части общей картины удушения общества.

Визуальные воспоминания Куделки о разворачивающемся конфликте — с его свидетельствами тикающего времени, жестокости нападения и протеста чешских граждан — изменили фотожурналистику.

Его фотографии были вывезены контрабандой из Чехословакии и появились в лондонской «Санди Таймс» в 1969 году под псевдонимом «Пражский фотограф» — Куделка опасался репрессий. Вскоре он сбежал из страны и причина его побега — еще одно свидетельство силы фотожурналистики: «Я боялся возвращаться в Чехословакию, потому что верил, что, если они захотят узнать, кем был то был «Пражский фотограф», они смогут это сделать».

О своем авторстве Куделка заявил лишь в 1984 году, после смерти отца, который жил на территории Чехословакии. Кроме него родственников в стране у фотографа не было. Сам же Куделка на тот момент уже проживал во Франции.

60. «Жест «Блэк Пауэр». (Black Power Salute)». Джон Доминис. 1968 год.

Black Power Salute)" Джон Доминис

Во время церемонии награждения на Олимпийском стадионе в Мехико 16 октября 1968 года два афроамериканских спортсмена, Томми Смит и Джон Карлос, подняли кулаки в черных перчатках во время исполнения государственного гимна США. Находясь на подиуме, Смит и Карлос, выигравшие золотую и бронзовую медали соответственно в беге на 200 метров на летних Олимпийских играх, держали руки поднятыми, пока не закончился гимн. Кроме того, Смит, Карлос и австралийский серебряный призер Питер Норман носили значки «Олимпийского проекта по правам человека», который был организован в знак протеста против расизма в спорте, на своих куртках.

Эта символическая демонстрация считается одним из самых ярких политических заявлений в истории современных Олимпийских игр. Вообще ,поп равилам Олимпийского движения, политические акции и жесты на Играх запрещены.

Джон Доминис, фотограф журнала Life, известный тем, что снимает неожиданные моменты, снял крупным планом другую историю. Смит в черных носках, без кроссовок (они сняли обувь специально в знак протеста против бедности в Соединенных Штатах). Их послание не могло быть более ясным: прежде чем мы приветствуем Америку под ее гимн, Америка должна относиться к черным как к равным. «Мы знали, то, что мы собираемся сделать, намного больше, чем любой спортивный подвиг», — сказал позже Карлос.

Некоторые смотрят на фотографию и задаются вопросом, почему Смит поднимает правую руку, а Карлос — левую. Ответ таков: один из них забыл свои перчатки, поэтому они разделили одну пару, которая у них была. Это, кстати, предложил сделать Питер Норман.

Опубликованный в Life снимок Доминиса превратил черный протест в знаковую эмблему бурных 1960-х годов.

Этого нет в тексте журнала Time: Когда заиграл гимн, толпа начала освистывать пару спортсменов. Затем некоторые люди в толпе начали петь гимн. Наказание за нарушение олимпийских правил было быстрым — Смиту и Карлосу приказали покинуть олимпийский стадион, а затем и Мехико. Когда они вернулись в Соединенные Штаты, их выгнали из американской сборной легкой атлетики и угрожали смертью.

Смит и Карлос подверглись остракизму со стороны спортивного истеблишмента США и критике в СМИ. Тот же Time 25 октября 1968 года писал: «Быстрее, выше, сильнее» — это девиз Олимпийских игр. «Злее, противнее, уродливее» лучше описывает сцену в Мехико на прошлой неделе».

В 2016 году Смит и Карлос, наконец, были приглашены на церемонию награждения Team USA Awards — первую церемонию Олимпийского комитета, на которую их пригласили с 1968 года.

В апреле 2018 года третий участник фото — австралийский серебряный призер Питер Норман, которого в своей стране считали изгоем, когда он вернулся с Олимпийских игр, был награжден Олимпийским комитетом Австралии орденом за заслуги — высшей олимпийской наградой в Австралии.

100+ самых главных (влиятельных и значимых) фотографий в истории. Эти фото изменили мир

Награда была вручена посмертно, Норман умер в 2006 году, Смит и Карлос несли гроб на его похоронах.

Продолжение на следующей странице…